Страница изменения личных настроек

Инструкция По Выживанию - Стая воронов

2009-12-27T18:07:04Z

Это, в некотором роде, вышак. Высшее, чем может быть музыка.

ИПВ в Черемушках (1993) - Стая воронов

Fail

2009-12-23T22:51:37Z

Наткнулся на очень познавательный пост. Этакий "Документ эпохи", как я называю подобные вещи (и складирую аккуратненько).

Положительный момент в кризисе – проверка человека на вшивость перед лицом голодной смерти.

Типа кто как ведет себя перед расстрелом.

Лижет своим палачам сапоги или спокойно размышляет, о чем считает нужным, особо не зацикливаясь на происходящем вокруг.

Для меня понятно, что можно без особой суеты относиться к смерти, когда она пришла лично за тобой. А если на твоих глазах лишают жизни твоего ребенка? Как прикажете себя «вести»?

То-то и оно.

Сегодня засунул в одно место комплексы и амбиции и пошел в собес. Приперло.

Народу не так уж много. В связи с кризисом ожидал, что будет больше. Тем более, что мне кто-то сказал, что толпы озверевших от голода граждан штурмуют бюро по трудоустройству и собесы.

Не знаю, как насчет бюро, но в собесе все спокойно.

Приняла меня какая-то тетка. Я сказал, что пришел посоветоваться, как поступить в моей ситуации. У меня семья из трех человек. Я, жена и трехлетний ребенок. Работу мы с женой найти не можем, потому что нам везде отказывают. Мне – из-за возраста. Жене – потому что работы вообще нет. Хотя мы согласны буквально на любую, которая находится в пределах моральных норм. Разве что грузчиком и дворником в зимний период не потяну, силы уже не те. Но дворники и не требуются. Да и русских туда не берут.

Вот уже полтора месяца все трое живем на мою пенсию в шесть тысяч рублей. Квартплата за нашу однокомнатную квартиру (включая электричество и телефон) четыре тысячи. Остается две тысячи в месяц на троих. Положительный момент в кризисе – проверка человека на вшивость перед лицом голодной смерти.

Типа кто как ведет себя перед расстрелом.

Лижет своим палачам сапоги или спокойно размышляет, о чем считает нужным, особо не зацикливаясь на происходящем вокруг.

Для меня понятно, что можно без особой суеты относиться к смерти, когда она пришла лично за тобой. А если на твоих глазах лишают жизни твоего ребенка? Как прикажете себя «вести»?

То-то и оно.

Сегодня засунул в одно место комплексы и амбиции и пошел в собес. Приперло.

Народу не так уж много. В связи с кризисом ожидал, что будет больше. Тем более, что мне кто-то сказал, что толпы озверевших от голода граждан штурмуют бюро по трудоустройству и собесы.

Не знаю, как насчет бюро, но в собесе все спокойно.

Приняла меня какая-то тетка. Я сказал, что пришел посоветоваться, как поступить в моей ситуации. У меня семья из трех человек. Я, жена и трехлетний ребенок. Работу мы с женой найти не можем, потому что нам везде отказывают. Мне – из-за возраста. Жене – потому что работы вообще нет. Хотя мы согласны буквально на любую, которая находится в пределах моральных норм. Разве что грузчиком и дворником в зимний период не потяну, силы уже не те. Но дворники и не требуются. Да и русских туда не берут.

Вот уже полтора месяца все трое живем на мою пенсию в шесть тысяч рублей. Квартплата за нашу однокомнатную квартиру (включая электричество и телефон) четыре тысячи. Остается две тысячи в месяц на троих.

Ребенок ходит в детский сад. Там его кормят, но дома еды для него нет. Ладно мы с женой можем поголодать, но ребенку необходимы витамины. В саду кормят хорошо, но нужно же чем-то подкармливать малыша дома. К тому же за сад надо платить – пусть и немного, но когда у тебя в месяц остается две тысячи рублей, то и «немного» кажется астрономической суммой.

А на что покупать лекарства, если кто-то из нас, а особенно ребенок, заболеет?

Не говоря уже о таких пустяках, как одежда и обувь, особенно если учесть, что мальчик растет быстро.

Родственники нам ничем помочь не могут, сами еле сводят концы с концами. От знакомых просто так помощь я ни за что не приму. Если только за какую-то работу.

Тетка меня выслушала и сказала, что не мы одни оказались в такой ситуации, и, к сожалению, собес, как и любая другая государственная организация, нам ничем помочь не в силах.

Предложила оформить какие-то субсидии на квартплату, после чего мы будем платить не четыре, а три тысячи рублей в месяц. Мол, законодательством никакой другой помощи малоимущим, кроме как снижение квартплаты, не предусмотрено.

– Попробуйте написать письмо Путину или Лужкову. Но чем они вам помогут? – посоветовала мне на прощанье тетка.

Я шел домой и размышлял о том, что в Конституции РФ ни слова не сказано о том, что государство гарантирует гражданину РФ, что тот не подохнет от нехватки продуктов питания, то есть с голоду.

Речь не идет о гарантиях какой-то там сытой жизни, но должно же государство гарантировать своим гражданам минимально необходимый для жизни продуктовый набор.

Иными словами, согласно Конституции, граждане РФ имеют право на голодную смерть.

Пусть юристы и знатоки юриспруденции меня поправят, но если такое положение вещей не считается геноцидом, то что тогда считается геноцидом?

●

По дороге из собеса домой стал прикидывать, что если работы нет, никуда не берут, остается просить милостыню.

В принципе почему бы и нет. Ведь я на самом деле оказался у последней черты, перед угрозой медленной и мучительной смерти своего ребенка. Я же не профессиональный нищий, который спекулирует на жалости окружающих.

Я же ничего ни у кого не отнимаю. Подадут, кто сколько может, и слава Богу. Зато смогу что-нибудь купить сыну.

Думал, какую форму попрошайничества выбрать. Чтобы встать у эскалатора метро или возле супермаркета, ходить по электричкам, нужно получить разрешение от мафии, которая курирует «отрасль». Но у меня нет там никаких связей, а во-вторых, пока непривычно.

Решил, что идеальный вариант – церковь. Типа мое унижение как бы освящено Господом и совершается под Его покровом.

Вернувшись домой, позвонил двум знакомым священникам. Попросил их благословить меня постоять в праздник на паперти. Увы, оба отняли у меня надежду. Сказали, что по сложившейся традиции курирует церковных нищих староста храма, а священники в их дела не суются. Там тоже жуткая мафия, куда просто так не попадешь. Так что благословлять меня на стояние на паперти они не имеют морального права и советуют попробовать более привычные для меня формы заработка.

Проще говоря, батюшки послали меня куда подальше.

Блин, если честно, то даже не знаю, что делать, потому что так и не удалось приобрести реальный опыт умирания с голода. Иногда, конечно, выпадали периоды беспробудной нищеты, но когда ты молодой и бездетный, подножный корм сам лезет в руки, без особых усилий с твоей стороны.

●

Попробовал навести справки о каких-нибудь благотворительных фондах, которых в нормальных странах полно. Уж там бы, не сомневаюсь, умереть с голоду нашей семье не позволили.

Оказалось, что благотворительные фонды в России есть, но все узкого профиля. Нужно, чтобы ребенок был сиротой или болен какой-нибудь чудовищной болезнью.

Фондов для помощи голодающим детям при живых, но оставшихся без средств к существованию родителях в России нет.

Так что обращаться за помощью некуда. Полная безысходность.

●

Почему я мудак в свое время не слинял.

Остается думать в направлении продать квартиру и купить хижину где-нибудь на Кубе. В более фешенебельных местах не потянем.

●

С другой стороны, кризис лучший индикатор, кто сколько стоит и где чье место. В переполненном гламурном клубе или на помойке.

Зато я теперь точно знаю, что НИЧЕГО не стою, и вся моя жизнь была НИЧЕМ.

А лишнее метафизическое знание никогда не повредит.

Может, на Кубе «повезет» больше.

●

Пока пока.

взято у malutka_du

Эхъ, хорошо!

2009-12-23T22:28:18Z

По хорошему поражаюсь системному аналитическому мышлению некоторых людей. Например, какие глубокие выводы делают взрослые мужчины, носящие очки или бороду, всего лишь из ошибок каких-то малограмотных еледоучек-журналисточек. И ведь верные выводы-то, судя по всему, верные.

Советую читать, вначале это, http://mike67.livejournal.com/209964.html , затем вот этот комментарий, который даже ценнее, сильнее, как мне показалось: http://mike67.livejournal.com/209964.html?thread=10069292#t10069292

Кристальная невероятность нот

2009-12-21T20:18:55Z

Есть музыка, а есть Музыка. Это не новость.
В скольких же спорах о профессионализме и о "хорошести" того или иного музыканта я учавствовал - вспомнить скучно. А ведь большинство подобных споров только от невежества моего и оппонентов дремучего. Зная некоторые эталоны - предмет спора пропадает сам собой. Ну, действительно, как можно спорить, хороший ли гитарист Зинчук, или хороший ли голос у Земфиры, когда...

а впрочем, в век интернета и нашу краткую эпоху доступной информации - пусть Музыка сама скажет за себя (потратьте эти десять минут - не выключайте видео после пяти секунд просмотра).

Артур Рубинштейн играет "Ритуальный танец огня" де Фалля:

http://www.youtube.com/watch?v=Wj6_5qWZCDY (эмбеддить нельзя - смотрите по ссылке)
---

Яша Хейфец играет капричио №24, Паганини. Запредельно.

Има Сумак. Чунчо. Знаменитое произведение, где величайшая певица подражает голосам птиц. Обратите внимание на момент 2:50-3:03.

Клевета на реальность

2009-12-21T17:30:20Z

В Узбекистане возбуждено уголовное дело против ташкентского фотографа-документалиста и кинооператора Умиды Ахмедовой. Её обвиняют в оскорблении узбецого народа и клевете на реальность. Взято у dadakinder

Океан мёда

2009-12-21T17:18:00Z

http://www.kommersant.ru/doc.aspx?DocsID=1293428

Еще немного позитива

2009-12-18T09:43:52Z

увидел у vol_gov

вот настоящий такой драйв, искусство и подача.

Немного позитива

2009-12-18T09:35:04Z

немного позитива.

Переделки дэт-метала

2009-12-15T11:22:40Z

Что-то наткнулся на ютюбе - и почему-то пропёрся.

1. Не знаю, кто такой, но вроде бы попс-идол, какой-то чертилла Джастин Тимберлейк. Песенку поют какие-то брутальные дядьки Ten mascked men. Вышло отлично.

2.Просто тупой прикол, но Carnal Decay сами по себе очень неплохи. Мясные бластбиты, гроулинг - всё на месте.

3. Женский гроулинг такой гроулинг! (Анжела Госсоу отдыхает?) Для не азбирающихся в дэт-метале поясню - гроулинг - это типа пение, и поет тут типа женщина. Добавляет пикантность, что эта группа - китайская, и между песенками она говорит. Например, отметка 4:28. Отматывайте.

Дореволюционная солянка

2009-12-15T03:30:02Z

Если кому интересно, то Российская государственная библиотека помаленьку оцифровывает и выкладывает книги в открытый доступ. Правда, с нашими законами об авторском праве, общей системной ленью и государственной параноей, выбор книг оставляет желать лучшего, огромное количество фондов помечено как "закрытые", либо доступные только для чтения в самой библиотеке (в чем тогда суть эры интернета? зачем ехать в Москву, чтоб сидеть в библиотеке, когда можно выложить в сеть? Паранойя? Совок? Долбоебизм вульгарис?)

Но дореволюционные книги выложены скопом и помногу. Качнул две первые попавшиеся на глаза. Просто делюсь навскидку прочитанными кусками текста из старых и никому неизвестных, и никем никогда уже не будущих прочитанными книг.

ІОАННЪ ГЕОРГЪ КОРБЪ

Дневникъ путешествiя въ Московiю (1698 и 1699 года)

(книга переведена в 1906 году. Этот Иоанн Корб был секретарем посольства священноримского цесаря Леопольда I, в общем, императора священной римской империи. Корб был секретарем во времена Петра I, что добавляет интереса его дневнику. Так как, при любви Петра к иностранцам, Корб много раз общался с Петром, а попросту говоря, вместе бухали на пирушках.
P.S. Сразу добавлю, у меня не капчит дореволюционную орфографию, в частности ять просто никак не хочет распознавать, и фиту, при копировании из пдф.)
-------------------
вначале немного выдержек из предисловия 1906 года (в книге как бы два слоя интересных - один сам дневник 17 века - другой - предисловие 1906 года, которое сейчас - тоже уже представлет исторический инетерес)
--------------------
Секретарь австрійскаго посольства былъ свидетелемъ возвращенія Петра I изъ его перваго заграничнаго путешествія u пережілъ въ Москве всю ужасную u кровавую драму подавленія последняго стрелецкаго возстанія.

Желая сблизиться съ Западомъ u пріобщиться его культуре, Московское правительство, естественно, должно было дорожить Европейскимъ мненіемъ, а потому книга, въ которой описывались многія непривлекательныя интимныя стороны изъ жизни целаго народа и его владыки, отнюдь не могла быть пріятной ни царю, ни его приближеннымъ. Къ этому надо прибавить u то почти болезненное самолюбіе, съ которымъ Московская Русь относилась къ
поддержке своей чести u достоинства среди иноземцевъ. Такъ дьяки выговаривали полякамъ за то, что те писали царю Федору а не Феодору, или царю Ивану, а не Іоанну, а князь В.В.Голицынъ, прочитавъ въ изданной Потоцкимъ книг такія выраженія, какъ „неверная Русь, дурная Москва, упрямый Москвитянінъ", прямо говорилъ польскимъ посламъ: „И посл этакихъ нестерпимыхъ, лютыхъ u явныхъ досадительствъ можете ли
вы над яться когда нибудь получить Кіевъ? Возможенъ ли между нами вечный миръ?"
-----------------------
ничто не изменилось за 300 лет. Так же иностранцы пишут про непривлекательные стороны из жизни владыки, и так же это не нравится. Интересно упоминание Киева, как разменной монеты в русско-польской и, шире, русско-европейской политике. Как ни печально, но украинцам придется еше дооолго искать свою национальную идентичность. Ну, не было такой страны, такой отдельной нации, не было. Народ был, как якуты или ненцы - а страны у народа не было. В принципе, тем, кто изучает историю - всё это и так известно, но сейчас же много фальсификаций, даже учебники подделывают - а тут - вот, непосредственно, из старой книги (цитата приводится, по сноске в тексте предисловия, где указано, что цитата из "Библиотека для чтения, т.159 стр.5, 1860год). Хрен поспоришь.
Ладно, перейду к собственно дневнику Корба. Если честно, начал читать, и понял, что охота копировать всё подряд. а там почти 400 страниц. Интересно, блин, ё-маё, хехе).
-------------------------
(о Петре I, пьянстве, отношении абсолютного монарха к Закону, и стрельбе госслужащего в супермаркете)

Одинъ изъ Цесарскихъ саперовъ, no имени Урбанъ, на свою беду сильно подвыпивъ, возвращался верхомъ въ Немецкую слободу, где было его жилище. Какой-то наглецъ Русскій безъ всякаго повода сталъ сперва осыпать его бранными словами, a потомъ хотелъ оскорбить и действіемъ, но тотъ, разсерженный его ругательствами, отнюдь не хотелъ терпеть обиду, исходящую отъ столь презреннаго человека, а потому, пользуясь естественнымъ правомъ обороны противъ наглости оскорбителя, сталъ защищаться пистолетомъ, подвернувшимся ему подъ руку въ его ярости, усиленной пьянствомъ. Пуля, которую онъ выпустилъ въ своемъ безуміи въ нападавшаго, слегка только задела верхушку головы. Рана не представляла никакой опасности для жизни, но все-же, чтобы раненый не пожаловался его Царскому Величеству u не возбудилъ этимъ громкаго дела,
Урбанъ вступілъ съ нимъ въ полюбовную сделку и, заплативъ четыре Рубля, взялъ съ него обещаніе, чтобы тотъ молчалъ о деле, главнымъ виновникомъ котораго являлся самъ. Между темъ доносъ объ этомъ происшествіи доходитъ до Царя; Урбана схватываютъ, уже какъ виновнаго въ уголовномъ преступленіи, потому что нарушеніе закона требуетъ публичнаго возмездія, которое не можетъ устранить соглашеніе частныхъ лицъ; a
всякій, кто со злымъ умысломъ обнажилъ противъ другого мечъ или ножъ, или бросилъ копье, или вообще напалъ со смертоноснымъ орудіемъ, отвечаетъ за это предъ закономъ,
хотя бы смерти и не воспоследовало; если стать на точку зренія Московитовъ, то опьяненіе не можетъ служить оправданіемъ въ данномъ случае. Именно въ то время, какъ некоторые указывали на опьяненіе Урбана, вполне справедливо стараясь уменьшить такимъ образомъ его вину, самъ его Царское Величество открыто сказалъ следующее: „Sauffen Rauffen [напиться-пoдраться] еще извинительно, a Sauffen Schiessen [напиться-стрелять] не должно оставаться безнаказаннымъ", Этимъ, вероятно, онъ хотелъ указать, что можно извинить пьяныхъ, которые будутъ драться только кулаками, а не оружіемъ. Отсюда я вторично вывожу, что умеренное пьянство заслуживаетъ у Московитянъ прощенія, а крайнее — наказанія.
--------------------------------
Некоторые акценты в истории: имя стрелка - Урбан, значит, нерусский. Значит, те, кто хотел его отмазать, типа "некоторые указывали на опьяненіе Урбана, вполне справедливо стараясь уменьшить его вину" - т.е. на взгляд европейца, он был почти не виноват, что, набухавшись в говно, стрелял из пистолета, а потом, перессав, давал деньги, чтоб замять историю.
---------------------------------
(продолжение истории)

Несчастный человекъ, Урбанъ, освобожденъ отъ казни, но приговоренъ къ наказанію кнутомъ (это — родъ страшныхъ плетей); впрочемъ, u отъ этого спасло его вторичное ходатайство Господина Посла.

----------
(о сестре Петра I, Софье Алексеевне. Совсем не так, как у А.Толстого.)

Царь поехалъ въ Ново-Девичій Монастырь, чтобы подвергнуть допросу Сестру свою Софью, заключенную въ упомянутомъ Монастыре. Общая молва обвіняетъ ее въ недавней смуте, но говорятъ, что npu первомъ взгляде ихъ другъ на друга у обоихъ градомъ хлынули слезы.

-----------
(о мятеже, жестокости и паранойе Петра, недоверии к боярам, и масштабах казней)

Мятежниковъ за упорное молчаніе подвергаютъ пыткамъ неслыханной жестокости. Высеченныхъ жесточайшимъ образомъ кнутами ихъ жарятъ на огне; опаленныхъ секутъ снова,и после вторичнаго бичеванія опять пускаютъ въ ходъ огонь. Такимъ образомъ чередуется Московская пытка (equuleus), Царь питаетъ въ душе такое недоверіе къ своимъ Боярамъ, что, убежденный въ томъ, что они ничего не делаютъ справедливо,
боится доверить имъ даже малую часть настоящаго розыска. Мало того, онъ самъ составляетъ допросные пункты, спрашиваетъ виновныхъ, доводитъ до сознанія заіпирающихся, велитъ подвергать жестокой пытке особенно упорно хранящихъ молчаніе; съ этой целью въ Преображенскомъ (мест этого въ высшей степени строгаго допроса) пылаетъ ежедневно, какъ это всякій можетъ видеть, no тридцати и более костровъ.
....
Царь самъ покаралъ въ Преобраікенскомъ топоромъ пять преступниковъ за ихъ злой умыселъ противъ него; npu этомъ его окружали только его собственные солдаты, а изъ
иностранцевъ не допустили никого. Двести тридцать другихъ искупили свою вину повешеніемъ...
------------------
в общем, о казнях и пытках там очень много. Например, Петр заставил бояр и вельмож лично рубить головы стрельцам. Т.е. вот прям вывел весь цвет двора с топорами, поставил перед ними стрельцов, и заставил каждого кровью повязаться. "Князь Ромодановскій, бывшій до мятежа Начальникомъ четырехъ полковъ, no настоянію его Величества, повергъ на землю однимъ u темъ же лезвіемъ (ferro) четырехъ Стрельцовъ; более жестокій Алексашка хвастался, что отрубилъ двадцать головъ; Голицынъ былъ несчастливъ, такъ какъ неудачнымъ ударомъ значительно усилил страданія осужденнаго."
Так что как думал я, что Петр был припадочным кровавым ублюдком, так оно и подтверждается. Не надёжа и опора России такие цари, а позор в будущей истории, и беда для современников.
Так же в книге описывается, как царь послал нах Патриарха, который пришел, ошеломлённый жестокими казнями, умягчить жетокое сердце. Патриарх принёс какую-то икону, которую царь приказал немедля вернуть назад, а патриарха всяко изругал и выгнал. И казни продолжились с огромным размахом. Ежедневно вешались, колесовались, закапывались в землю и т.п. сотни человек. Каждый день. После признаний, полученных под пытками, а зачастую и после того, как молчали даже после пыток. Просто - по подозрению. По прихоти.
Плюс по мелочи. То кому в морду даст, то на пол генерала уронит и ногами отпинает. Как пишет Корб, "кто ближе к теплу, тот ближе и к пожару".
----------------
(тоже, яркая картинка. Пир, посол, отношения с соседями. Тупые блядские шутки вместо внешней политики. Ничего не напоминает?)

...во время еды зашелъ разговоръ о различіи между странами, причемъ весьма дурно отозвались о той, которая ближе всего соприкасается съ Московіей. Министръ, посланный изъ той страны, возразилъ, что онъ и въ Московіи отметилъ много такого, что заслуживало бы порицанія. На это Царь заметиль: „если бы ты былъ изъ числа
моихъ подданныхъ, я бы присоединилъ тебя товарищемъ къ качающимся уже на виселице, такъ какъ хорошо знаю, куда клонится твоя речь", Этому же послу Царь нарочно предоставилъ случай танцовать съ дуракомъ u посмешищемъ своего двора; хотя все смеялись этому, однако тотъ не понялъ, какую недостойную шутку съ нимъ играютъ...
----------------

ладно, там еще много чего. Хотел бы сказать "советую почитать тем, кто интересуется историей". Да вот только никак вы не почитаете. Очень уж редкая книга. Впрочем, если кому интересно, можете кидать в личку мыло - вышлю пдф.

О второй книге - как нибудь в следующий раз.

Poly Ghost

2009-12-09T10:57:14Z

Про ложь

2009-12-05T14:34:48Z

Есть ложь большая, а есть много-много маленьких. Большая ложь "Помощь норвежских спасателей нам не понадобится. Мы спасем моряков с "Курска" своими силами". Это большая. Её, скорее всего, запомнят. Но есть этакие маленькие лжи, которые очень много говорят о политике, как о популистском врунишке.

Штаны встают с колен

Владимир Путин подвел итоги операции по уничтожению Черкизовского рынка: в результате, сказал он, российское производство выросло. Странно, но кроме премьера этого почти никто не заметил

«У нас объемы производства трикотажа <...> увеличились почти на 3%, одних брюк начали производить на 16% и костюмов на 13% больше, чем раньше.
Читать целиком

Эта статья в блогах

[?]

iceaxe, ringodreammer, ugfx

Христианские темные века

2009-12-02T10:42:38Z

Сифилис, вши, блохи, дерьмо на головы, вонь, вонь, вонь.

Очень познавательно. Хорошо написано. Советую прочитать.
восхититься Великой Христианской Культурой

Гениальные демотиваторы

2009-12-01T21:47:15Z

Да-да, старо, бояны - насрать. Некоторые избранные демотиваторы, которые сделаны авторами, как я считаю, по высшему наитию.

Демотиваторы имеют все признаки нового искусства. Это не просто фотка, и не просто надпись - лишь синтез их даёт произведение. У демотиватора нет автора - что так же является признаком постмодернисткого искусства. В конце концов - демотиваторы имеют под собой некие философские основания

Достоевский крут.

2009-12-01T17:32:34Z

"Душу и развитие ее трудно подводить под какой-нибудь данный уровень. Даже само образование в этом случае не мерка. Я первый готов свидетельствовать, что и в самой необразованной, в самой придавленной среде между этими страдальцами встречал черты самого утонченного развития душевного. В остроге было иногда так, что знаешь человека несколько лет и думаешь про него, что это зверь, а не человек, презираешь его. И вдруг приходит случайно минута, в которую душа его невольным порывом открывается наружу, и вы видите в ней такое богатство, чувство, сердце, такое яркое пониманье и собственного и чужого страдания, что у вас как бы глаза открываются, и в первую минуту даже не верится тому, что вы сами увидели и услышали. Бывает и обратно: образование уживается иногда с таким варварством, с таким цинизмом, что вам мерзит, и, как бы вы ни были добры или предубеждены, вы не находите в сердце своем ни извинений, ни оправданий."

Записки из мёртвого дома. 1860!год. А и сейчас лучше не скажешь.

Нация будок самоубийств. Ты платишь - тебя убивают за эти же деньги.

2009-11-30T21:28:47Z

Это шок. Вот реально.

Самое паскудное - что не просто попилят кучу бабок, а всё-таки поставят эти фильтры, с недоказанным, но потенциально очень большим вредом для здоровья. Если бы просто бабки попилили... Всё понятно, они их, пока не висят на фонарях, так или иначе спиздят. Но то, что из-за этого все буду пить заразное говно...

Короче, когда шайка эта сгинет, сатанинская, страну придется вычищать еще не один десяток лет: от ебанутых законов, от понастроенных пустышек, от всяких вредных проектов...Большая работа предстоит будущим поколениям.

Самый простой вопрос, который хотелось бы задать: "Скажите, вам не стыдно?"

Лица исламских женщин. Религия добра? Террористы лишь искажение прекрасной веры? Ну-ну...

2009-11-30T18:06:33Z

Взято тут

"За 15 лет в одном Исламабаде облили кислотой 7800 женщин, но судили кого-нибудь только в 2% случаев. Считается нормально облить тетку при расторжении брака, или в адрес девочек, которые не носят хиджаб или ходят в школу, в соответствии с
религиозными предписаниями исламских авторитетов."

А вот ТЫЦКАТЬ предлагаю сразу сюда. Сразу

ТЫКАТЬ СЮДА

Сегодня умер Милорад Павич

2009-11-30T17:43:45Z

Разумных слов пока нет.

В ожидании Годо

2009-11-29T20:03:43Z

Постель разворочена;
кубатура
Из стен, потолка и пола
Переполнена ночью
и мной.
В наушниках лекции Аствацатурова:
Джойс,
Кафка, Альбер Камю -
В общем, нойз.
Ни одного глагола
Или чего другого, несущего радость
И простоту.
Двадцатый век:
Литература
Подвела черту,
бомбой атомной выжгла клеймо,
Итого:
Человек -
Дерьмо.

За окном абсурд,
Как и быть должно:
Над заливом туман повис.
Знаю я, кто ещё
Этой ночью не спит:
Экспресса
Невского

машинист.

Невозможно, нельзя!
Но опять - вот так.
Неожиданно. Навсегда.
Ведь бывает не только
Для всех, но для
Одного "Итого" черта.

И земля за окном,
И темень, тьма, темень, тьма
И темнота
От льда до льда.
Залив, звезда, вода, вода,
И голова моя в кустах -
А грудь в крестах.
Земля -
в крестах.
И полумесяцем уста -

Так мир над логикой смеется,
От этой логики устав.

Зима пингвином невозможным
Стоит, молчит, глядит в окно.
Луной был мастер растревожен,
А я - пингвином. Всё одно.

Фонарь потерянно мерцает
Кто был никем, тот стал - ничто.
Зачем мы?
Чем мы?
Мы?
Не знаю.
Мы ждём Годо.
Мы ждём
Годо.

Школьный конкурс о роли личности Сталина

2009-11-20T20:48:22Z

это просто пииии....

Взято тут (губернатор) belyh

"Думал писать об этой теме или нет. Потому что, ситуация, пусть и не по нашей вине, получилась не очень красивая. Но решил, что называется, быть честным самим с собой и с обществом.

Итак. На днях из письма возмущенных жителей с удивлением узнал, что в Унинском районе Кировской области местное отделение КПРФ совместно с районным управлением образования объявило конкурс творческих работ на тему: «Роль личности И.В. Сталина в развитии советского государства».

Цель конкурса – «формирование и развитие у учащихся гражданско-патриотического сознания, приобщения подрастающего поколения к истории России, сохранение исторической памяти». Критерии оценки конкурсных работ – «полнота раскрытия темы, историческая достоверность, корректность информации»."

Снимание розовых очков. Выпуск седьмой: Современное искусство как кусок дерьма.

2009-11-20T09:03:18Z

Прочитав следущую статью, помимо прочей интересной инфы, я подумал ещё вот о чем: А ведь вот и ещё одно вполне весомое, вполне серьезное влияние этой эфемерности, этой "в-неё-никто-не-верит" вещи - как СВОБОДА.

Да, свобода, она ещё и вот зачем. И затем, и за тем, и за тем, а ещё и вот зачем.

взято у irchi_irchi, посоветовала, умница, zlugosteva_t

Публикуемый ниже текст — анализ рыночных механизмов и сущности того, что именуют современным искусством. И анализ вполне уничижительный. От чьей другой непримиримости можно было бы отмахнуться; в случае с Максимом Кантором это не пройдет. Кантор не арт-критик, он арт-практик, и более чем успешный — один из самых востребованных в мире сегодняшних российских художников. На недавнем «Сотби», где продавали русскую живопись, из десятка работ, в разы превысивших заявленную стоимость, лишь одна была датирована свежими «нулевыми» — работа Кантора; прочие картины-победители созданы в 70–80−х. Выставки Кантора проходили по всему миру, картины его есть в коллекциях 22 музеев — включая Британский и Третьяковку. Вдобавок Кантор — автор знакового романа: его двухтомный «Учебник рисования» стал одним из главных литературных событий сезона 2005/2006, сейчас книга переводится на английский, французский, румынский, польский, болгарский, португальский, итальянский (Фельтринелли, говорят, специально прилетал в Москву познакомиться)…

Продавцы вакуума

Отдел культуры

Искусство — единственная дисциплина, в которой результат больше, чем сумма слагаемых, сформулировал один мудрец. Это значит вот что. При создании произведения искусства художник использует техническое мастерство, оригинальный замысел, опыт, знания, труд и пр. Все это необходимо для работы — но этого недостаточно. Искусство становится искусством при возникновении чего-то иррационального. В результате работы должно случиться чудо, тогда произведение оживет. Именно об этом легенда о Пигмалионе и его ожившем творении, Галатее. Именно это пытался объяснить Сезанн, когда говорил, что самое трудное в картине — «маленькое ощущение». Это «маленькое ощущение» есть не что иное, как душа. То, что присовокупляется к вложенному художником труду, есть душа произведения. Если картина не ожила, Галатея не заговорила, значит, труд художника пропал напрасно — произведения искусства не получилось. У подлинного художника все картины — живые и разные. «Блудный сын» Рембрандта наделен иной душой, нежели «Иудейская невеста» того же мастера или «Ночной дозор». Вместе произведения Рембрандта образуют семью — но никак не совокупный продукт.

Когда коллекционер приобретал «Блудного сына», он вступал в отношения именно с этой картиной. Покупатель не заказывал «типичного Рембрандта» или «двух-трех поздних Рембрандтов» — нет, он покупал именно «Блудного сына», оттого что душа произведения была созвучна его душе, заставляла ее трепетать. Любители искусства знают это чувство, когда ты захвачен произведением настолько, что дыхание перехватывает в груди. Это значит, что душа картины и душа зрителя заговорили меж собой, как души влюбленных. Отношения с картиной уникальны, как любовные чувства: любят конкретную девушку, а не типичную представительницу женского пола. Так было до возникновения рынка искусств. Натуральным обменом двигала любовь, предметом интереса являлась душа произведения, воплощенная в образе.

Диалог душ — это, конечно, недурно для небольшого круга ценителей, но что делать, когда счет пошел на миллионы голов? Демографическая проблема и демократическое общество изменили политику сбыта прекрасного: надо создавать унифицированную продукцию и продавать ее как штучный товар.

Мещанин — двигатель прогресса

Рынок искусства возник недавно. Возрождение знало заказ, но рынка не было. До семнадцатого века не существовало так называемого вторичного рынка — говорить об обороте произведений искусства было невозможно. Сравнительная стоимость выявлялась при обмене и вторичной продаже — а ни то, ни другое не практиковали. Никто не пытался перепродать Сикстинскую капеллу, картины Андреа Мантеньи не были меновым эквивалентом, Карл Пятый не обменивал свой портрет кисти Тициана на пейзаж Рубенса. Большинство произведений создавали для храмов и дворцов — продать их можно было лишь со стенами вместе, но это никому не приходило в голову. Великий скульптор Донателло с горечью констатировал, что величие искусства остается в прошлом: частный заказчик никогда не сравнится величием души с храмом. Появление такого клиента означало возникновение менового рынка и, тем самым, стандартизацию вкусов. Произведение должно быть таким, чтобы его захотел и другой клиент, и чем больше желающих, тем лучше. Иначе говоря, оно должно обладать некоей общественной душой, отвечать общественному сознанию.

Показательна судьба Рембрандта, который в молодости удовлетворял вкусу голландских буржуа, а достигнув величия, перестал — стал слишком сложен для существования на вторичном рынке.

Рынок голландской живописи семнадцатого века есть прообраз рынка сегодняшнего: сотни художников обрели тысячи заказчиков потому, что поняли (отчасти и спроектировали) общественное сознание. Бюргеры захотели увидеть себя запечатленными на полотнах — подобно тому, как прежде рисовали героев и королей. Тщеславие зрителей было утешено тем, что неказистый ландшафт, пошловатый достаток, вульгарный быт увековечены на правах мифологических сюжетов. Не античные герои, да и не стремимся — а ведь как хорошо живем, уютно, достойно. Сегодня, покупая «актуально-радикально-мейнстримную» инсталляцию, обыватель тешит себя тем, что встал в ряды модных людей, обладает раскрепощенным сознанием, идет в ногу с прогрессом. Кураторы и галеристы подскажут доверчивому буржую, как сделать интерьер прогрессивным, как разместить кляксы и полоски, чтобы создать иллюзию авангардного мышления домовладельца. И голландский бюргер, и современный капиталист будут очень обижены, если им скажут, что искусство, ими облюбованное, есть апофеоз мещанства. Любопытно, что пятна, кляксы и закорючки разом сделались понятными массе покупателей, как только выяснилось, что любовь к ним есть признак прогрессивного мышления. Те, кто опознает себя в качестве форпоста прогресса, будут расстроены, если им сообщат, что прогресса в закорючках и кляксах — нет. Как, свободолюбивые закорючки — мещанство? Как это, натюрморт с ветчиной — пошлость? А как же просвещение и свобода взглядов, которые мы пестуем? Характерно, что в общей ровной массе так называемых малых голландцев великий Рембрандт оказался лишним. Масштаб, заданный его произведениями, по-прежнему оставлял маленького человека — маленьким, а это никому не приятно. Если, глядя на интерьеры и натюрморты, заурядный бюргер воображал свою жизнь произведением искусства, то, глядя на страсти Рембрандта, обыватель видел заурядность своей биографии. Рембрандт поднял рыночную живопись Голландии на уровень великого искусства — и рынок ему отомстил, художник умер в нищете.

Импрессионисты еще больше снизили планку требований: производить великое для огромной массы третьего сословия — невозможно. Для каждого адвоката, дантиста, риелтера невозможно нарисовать «Взятие крестоносцами Константинополя», и не всякому дантисту это событие интересно. Но пейзаж с ракитой нарисовать можно, спрос на ракиты немереный. Любопытно, что обращение к уютной живописи было воспринято как революционный переход к свободному самовыражению. Величественное заменили на уютное (сообразно потребностям демократического общества) — и уютное стали считать великим. Характерно, что великие «постимпрессионисты» (Сезанн, Ван Гог, Гоген), то есть те, кто пытался вернуть уютному пейзажу героическое звучание, рынком были отвергнуты. С ними случилось примерно то же, что некогда с Рембрандтом среди «малых голландцев»: они оказались слишком драматичными для клиентов, слишком проблемными для третьего сословия.

Так называемое актуальное искусство, обслуживающее современный средний класс, завершило процесс. Теперь всякий может быть художником, всякий может стать потребителем искусства, а стоимость произведения складывается из оборота общих интересов. Новый средний класс хочет ярких символов свободы так же страстно, как некогда голландский бюргер — натюрморта с ветчиной, а французский рантье — пейзажа с ракитой. Дайте нам холст с полосками и свободолюбивую инсталляцию — мы поставим это в новой квартире, и наши знакомые узнают, какие мы прогрессивные люди.

Мещанину нужно, чтобы ему говорили, что он велик и свободен, а знать, чего стоит свобода или что где-то есть рабы, ему не обязательно.

Совокупная стоимость свободы

В Средние века создание произведения искусства было занятием трудоемким и дорогостоящим, а потребление конечного продукта — делом простым.

Прогресс все изменил. Понятие «произведение» заменили «проектом». Проект — это сложносоставной продукт, это объединенные усилия галереи, рекламы, куратора, художника, и собственно труд художника занимает в нем ничтожно малую часть. Прежде различали картины, но не интересовались личностью автора, продавали конкретные произведения, а не имена. Итальянское Возрождение проявляло мало интереса к самому творцу — внимание сосредоточивалось на его творениях. В новые времена личность артиста, его социальная роль, степень модности важнее произведения; рынок спешит донести до клиента, какую марку одежды артист предпочитает, что пьет, где проводит каникулы; этим они и различаются, а произведения — довольно похожи.

Было бы затруднительно предпочесть одну картину Мондриана другой, невозможно любить один квадрат, а другой — не любить, но всем известно, чем позиция Мондриана отличается от позиции Малевича.

Сложносоставной продукт, с которым имеет дело рынок искусств, по-прежнему именуется духовным, но духовное содержание рынок переместил из произведения в область менеджмента.

Победившее третье сословие нуждалось в галереях, объясняющих клиентам, почему данную картину надо покупать. Лоренцо Великолепный в услугах галериста не нуждался, он сам понимал, что ему нужно; а вот Журдену, который хочет быть как Лоренцо Великолепный, галерея необходима. Впоследствии галеристов потеснили кураторы — пришла пора механизации производства, массового характера художественной деятельности, и потребовались контролеры, сортирующие художественные потоки. Куратор — это уже не продавец, но менеджер по маркетингу.

Характерно, что профессия галериста при этом сохранилась, просто в искусстве возник еще один посредник. Сегодняшний рынок увеличивает количество посредников при сбыте товара обратно пропорционально труду, затраченному на изготовление продукта.

Труд художника сам по себе ничего не стоит, но, проходя через соответствующие инстанции (мнение галереи, рекомендации кураторов, сертификаты музеев), он превращается в товар. Причем каждая из инстанций имеет свой материальный интерес и, соответственно, повышает товарную стоимость изделия. Так пальто, сшитое сербскими наемными рабочими, увеличивает товарную стоимость, если его скроили в Венгрии, пришили к нему английскую бирку, а продают в России. Трудовой процесс, как правило, занимает минуты: прибить палочку, сфотографироваться обнаженным, закрасить квадратик. Однако сопутствующая деятельность (организация и презентация выставок, реклама, пресса, транспорт, страховка, каталоги, фильмы и т. п.) требует огромных денег, и стоимость этого процесса входит в совокупную цену произведения.

Соответственно, прибыль по отношению к себестоимости труда увеличивается в разы: современное искусство, производящее неодушевленный товар, значительно дороже искусства прежнего, которое возилось с процессом одушевления произведения. Разумеется, прибыль от искусства целиком зависит от менеджмента. Объявив данное искусство символом свободного самовыражения, куратор вправе рассчитывать, что цивилизация (которая провозглашает свободу своей главной целью) хорошо данный символ оплатит. Профессия куратора сделалась куда более важной для искусства, нежели работа художника, — подобно тому, как деятельность генерального менеджера нефтяной компании важнее для бизнеса, чем труд рабочего, стоящего у помпы.

Дешевая энергия — дорогой товар

У нефтяников есть труба, у металлургов — алюминиевый карьер, у чиновников есть так называемый административный ресурс, который можно продавать как газ и нефть. Так неужели автономная область производства — искусство — не может быть использована по тому же принципу?

Подход к искусству был таким же, как в нефтяной отрасли: брали дешевую природную энергию, монополизировали добычу, повышали спрос, загоняли по спекулятивным ценам. Этой дешевой энергией стало пресловутое «самовыражение», не обремененное ни знаниями, ни умениями, ни старанием. То, что однажды было предложено авангардом в качестве протеста против коммерциализации искусства, было цивилизацией присвоено и использовано для наживы. Удобство данной энергии в том, что она исключительно легко добывается — практически из любого персонажа, объявленного художником. Разумеется, в этих условиях возрастает роль посредника — того, кто имеет право выдавать сертификат на качество энергии.

Сначала занялись авангардом двадцатых. На вторичный рынок выбросили немереное количество продукта, производили его штабелями. Я был свидетелем того, как директору Бохумского музея прислали факс с репродукцией картины Малевича. Директор отреагировал: а где же на картине подпись? Следующий факс пришел уже с подписью.

Известная коллекция русского авангарда, собранная Харджиевым, была тайно вывезена из Москвы, легализована на Западе стараниями заинтересованных субъектов, а по пути следования увеличилась в несколько раз — трудно ли нарисовать дополнительные квадратики? Известные эксперты авангарда зарабатывали на атрибуциях подделок — это приносило стабильный доход. Самодельный авангард отмывался через музейные выставки и аукционы — и количество посредников в сделке не уступало цепочке лиц, участвующих в реализации нефтепродуктов.

Но подлинный расцвет художественного рынка связан с постоянным производством дешевой энергии — так называемого второго авангарда, символа свободы победившей демократии. Высказывание Энди Уорхола «В будущем у каждого будет пятнадцать минут славы» стало руководством к производству и сбыту. По сути, стратегия современного художественного рынка повторяет стратегию финансовую: замена золотого стандарта на бумажный эквивалент. Во имя движения вперед следует напечатать много купюр без обеспечения, все равно завтрашний прогресс заставит печатать новые.

Устаревшие институты (Министерство культуры, союзы художников) были разумно замещены «школами кураторов» — собраниями тех, кто инициировал художественный процесс. Подобно тому, как золотоискатели огораживают колышками участок добычи, кураторы обозначили участок девственной природы — будущую фабрику звезд. Отменить предыдущую историю искусств, забыть унылых пейзажистов и портретистов было тем легче, что за словосочетанием «союз художников» вставал призрак казарменного общества. Но мы-то теперь строим общество свободы и прогресса! А прогресс можно обслуживать только актуальным искусством, не так ли? Следует начать с нуля — только с неокрепшими душами, не обремененными знаниями истории искусства, можно шагнуть вперед. Так возник проект «актуального искусства», соответствующий стандартам художественного рынка развитых капиталистических стран.

Правда, не прошло и десяти лет, как новоявленные чиновники в точности воспроизвели алгоритмы советской власти: вошли в советы и комиссии, стали друзьями мэра и банкиров, обросли связями в правительстве. Теперь никого не смущает, что правительственный скульптор Церетели открывает Музей современного искусства. Какие могут быть противоречия? И то, и другое — актуальное искусство.

Поскольку демократическая цивилизация постулировала, что в искусстве есть прогресс, а прогресс достигается самовыражением, появился прямой смысл рекрутировать молодую рабочую силу — но и старых мастеров добычи забывать не следует. В конце концов, самовыражение у всех одинаковое.

Незадолго до смерти Пикассо опубликовал письмо, которое не любят цитировать, а когда упоминают, выдают за шутку гения. Написал он следующее: «Настоящими художниками были Джотто и Рембрандт, я же лишь клоун, который понял свое время». Пикассо довольно желчно описал послевоенное поколение — мальчиков, которые любят новые марки машин и спорт, зачем таким искусство? Феномен рынка искусств свелся к перманентному развлечению — и надо этому соответствовать. Тот, кто сможет кривляться, останется на плаву, «прочие не будут опознаны как художники». Письмо наделало много шума: автор — весьма известный художник (правда, отодвинутый несколько в сторону новыми американскими коллегами, в то время мода как раз сместилась в Штаты). Известный критик ответил художнику открытым письмом «Пикассо, вы смеетесь над нами!». Критик пытался доказать художнику, что искусство неуязвимо: «Позвольте, искусство бессмертно! А ваши голубки, ваши арлекины, ваши влюбленные?». Пикассо умер, спор остался незавершенным. Проживи художник чуть дольше и имей возможность наблюдать показательный альянс Эрмитажа с музеем Гуггенхайма в Лас-Вегасе, он бы нашел что ответить.

Взаимные гарантии неподлинности

Где влюбленные? Где-где, в Лас-Вегасе.

У галериста (как у всякого продавца) есть две несовместимые задачи: продвинуть товар, но не дать производителю сменить посредника. Выполнить их просто, поскольку художник создан галеристом, но и трудно, поскольку художник начинает верить в то, что он творец.

Официально галерист забирает половину стоимости продукта, на деле гораздо больше: художник оказывает покровителю массу дополнительных услуг: декорирует резиденцию, сочиняет подарки к именинам, публично демонстрирует преданность. Такие неуставные отношения есть реальность художественной жизни, хотя с искусством связаны мало. Более всего это напоминает труд солдат на генеральских дачах — кладка забора, безусловно, является армейской службой, но к ратному делу не относится. При этом галерея тщится играть роль двора Медичи или Гонзага, хотя оснований для этого мало. Галерист — посредник, именно в качестве посредника востребован, но, чтобы его деятельность была успешной, он должен представляться законодателем вкусов. Ситуация забавная: зависимый человек, ищущий покровительства банкиров и чиновников (галерист), опирается на стоящего ниже себя на социальной лестнице (художника), чтобы улучшить собственный имидж.

Галерист снабжает вывеску заведения перечнем «своих» художников — у крупных воротил этого бизнеса такой список наполовину состоит из имен известных покойников. Делают так затем, чтобы имена живых оказались в выигрышной компании. Скажем, галерея приобретает литографию Пикассо и офорт Дали — вещи, вообще говоря, тиражные. Однако это дает право в художниках галереи указывать Дали, Пикассо, Пупкина и Попкина — незаурядный набор имен. Подобные перечни схожи с известным списком Павла Ивановича Чичикова, но никто не хватает галериста за руку: все вокруг торгуют мертвыми душами. Чтобы фальшивые списки поднялись в цене, галерея пропускает собрание через музей — отмывает его так же, как рэкетир неправедно нажитые деньги в ресторане и казино. Чтобы музей принял сомнительное собрание, его директора связывают обязательствами правительственные чиновники и банкиры. Чтобы банкир или чиновник был заинтересован в современном искусстве, он должен бояться оказаться немодным и не соответствовать общему положению дел.

Ирония ситуации состоит в том, что все участники современного художественного рынка повязаны взаимным страхом и круговой порукой: невозможно одного из участников уличить во вранье, чтобы не посыпалась вся сложная система отношений и ценностей. Мои квадратики — неподлинные? Позвольте, а ваши рейтинги что, настоящие? Мои рейтинги ненастоящие? А ваши деньги, простите, какого происхождения?

Нельзя сказать, что папы и короли былых времен были честнейшими людьми, но они не были трусами, искусство заказывали от широты душевной — а не пряча краденое. История искусств сохранила для потомков имена великих пап и королей, незаурядных заказчиков великих творений; история искусств помнит отчаянных коллекционеров, собиравших вопреки общему мнению непризнанные шедевры. Однако история искусств практически не помнит владельцев галерей — чтобы быть успешным, галерист должен проявлять такие человеческие качества, которые величию не способствуют. Впрочем, современный рынок нуждается не в величии, а в адекватности.

Время кураторов

Ежегодно в мире проходят десятки ярмарок, актуальное искусство устраивает смотры достижений. Галереи, подобно домам моды, выставляют осенние и зимние коллекции — предлагается соответствовать лучшим образцам. Парадокс состоит в том, что лучшее не значит великое. Великие произведения больше никому не нужны: великое ставит под сомнение продукцию соседа, быть великим невежливо и недемократично. Комиссар биеннале авторитетно утверждает: великих художников больше нет. И не нужны они свободному обществу — но сколь же возросла роль куратора!

Вот куратор стоит под лучами юпитеров, суровый человек, проницательный и адекватный. Почему-то кураторы внешним видом своим копируют киногероев (тяга казаться героическим сохранилась, хотя героизм и отменили) — они одеваются в темное, сжимают губы в ниточку и буравят пространство взглядом. Можно подумать, они сделали в жизни нечто бескомпромиссное и героическое, но нет, не сделали и никогда не сделают. Их общественная роль — уберечь рынок от героического и великого. Сообразно убеждениям и сущности кураторам бы надо носить байковые пижамы в горошек, они же рядятся в черные бушлаты десантников.

Настало время кураторов —не творцы, а они, некогда маленькие незаметные служащие, теперь правят бал. Уж они искусству попомнят! Уж они поставят на место этих выскочек. Вообразите такую страшную сказку: ожившую Галатею заставляют окаменеть заново, из произведений искусства — картин, статуй, рисунков — специальным прибором изымают душу, то самое «маленькое ощущение», которое искал Сезанн. Отныне душой искусства (смыслом, содержанием, гордостью, страстью) распоряжается ведомство кураторов. Отныне искусство будет дополнением к концепциям кураторов, правда, у кураторов нет оригинальных концепций, кураторы хороши тем, что они стандартные люди, — такая вот у нас сложилась ситуация. Так однажды уже старались сделать комиссары при советской власти — внедряли цензуру; у них, правда, не получилось. Теперь получается лучше, потому что у рыночного демократического общества задачи обширнее — величие изымается отовсюду: из политики, из творчества, из жизни вообще. Рынку нужны адекватные функционеры.

Распространено мнение, будто рынок двигает искусство, помогает выявить лучшее произведение. На деле все обстоит прямо наоборот — рынок всегда способствовал забвению крупных художников, концентрируя внимание на салоне. Салон (то есть усредненное представление о моде и потребностях общества) побеждал всегда. Штучный товар рынку неинтересен: Боттичелли, Эль Греко, Рембрандт были забыты и умерли в нищете. Один из величайших художников человечества Козимо Тура (сегодняшний читатель не знает этого имени, зато знаком с успешным фигурантом рынка Энди Уорхолом) на склоне лет писал жалкое письмо, адресованное синьору Эрколе д’Эсте, в котором просил три (!) дуката. Не получил.

Судьбы Ван Гога, Модильяни, Филонова наглядно демонстрируют возможности рынка.

Никакой сегмент рынка не существует отдельно от рынка в целом, в том числе рынок искусства непосредственно связан с основными пунктами торговли — рынком войны, рынком власти, рынком финансов. Надо принять как факт то обстоятельство, что нездоровое общество, принимающее неравенство и нищету внутри самого себя, но вразумляющее далекие народы при помощи убийств, поощряет самовыражение своих подданных в суммах, превышающих стоимость жизни многих бедных людей. Это не такое сложное уравнение, как кажется. Человек, обученный считать прибыль, может учесть и эти обстоятельства. Декоративная функция, которую выполняет искусство, не случайна: многие вещи хорошо бы спрятать, о них хорошо бы не думать. Дикое существование искусства в современном западном обществе довольно точно воспроизводит феномен, описанный выражением «потемкинская деревня».

Мы живем в мире, где стоимость не соответствует ценности, цена не соответствует качеству, значение не соответствует внешнему виду. Рынок искусств успешно воспроизвел эти обстоятельства внутри себя.

Инсталляции Дамиена Херста стоят дороже, чем картины Петрова-Водкина или Модильяни, бессмысленный холст Джексона Поллока стоит больше, чем великий холст Рембрандта, — и это происходит ровно потому же, почему пенсии дешевле, чем обед в ресторане.

Если принять логику, по которой самое могущественное государство, являющееся гарантом свободы в мире, законодателем моды, мерилом справедливости, тратит на войну в десятки раз больше, чем на мир, — если принять эту логику за норму, то можно пережить и логику художественного рынка.

Конец статьи

Слово "свечка" перестает быть омонимом.

2009-11-20T07:47:34Z

"Вице-спикер Госдумы от «Единой России» Любовь Слиска готова пойти в храм и поставить свечку за восстановление в России смертной казни."

http://www.rosbalt.ru/2009/10/30/684910.html

Я бы так откомментировал: "Стрелять как бешеных собак!" (гггг!)

З.Ы. Комментарии к статье - это что-то. Это вызывает мозговой ступор у тех, у кого есть мозги, потому что у комментаторов их нет.

З.З.Ы. Пелевин гениален. "Рядом висело распятие в стиле модерн, и на секунду я задумался о характере религиозного чувства, которое могло бы ему соответствовать."(с)Чапаев и Пустота.

З.З.З.Ы. Если искренне - я не уверен в нормальности, психической нормальности человека, который мог такое сказать. Дело не в том, что психически ненормален человек, желающий возобновления смертной казни - это, понятно, не так. Он может быть психически здоровым подлецом, умственно-отсталым дурачком, или просто скотиной. Но, на минуточку! представим себе этакого степенного отца семейства, который рассуждает про себя: "Пойду поставлю свечку в церкву, чтоб у младшенькой доченьки послезавтра месячные не начались - а то ВасильПетрович зайдет, так мы б её так сладенько на двоих поебли бы, ух, как поебли!"

Ситуация отягощается тем, что эта альтернативно одарённая тётка - не пасёт коз в алтайских горах (да простят меня за такое сравнение алтайские козопаски), а, блин, вице-спикер. И говорит не про себя - а для СМИ.

Закончу другой гениальной цитатой:

"-- Эти добрые люди, -- заговорил арестант и, торопливо прибавив: --
игемон, -- продолжал: -- ничему не учились и все перепутали, что я говорил.
Я вообще начинаю опасаться, что путаница эта будет продолжаться очень долгое
время."

Прошу любить и жаловать.

2009-11-20T01:56:51Z

Наконец-то завел уютненький мой большой друг iskanderrus.

Френдите.

Отлегло.

2009-11-20T01:46:09Z

Смертную казнь в России нельзя будет применять после 1 января 2010 года. Конституционный суд 19 ноября продлил мораторий на этот вид наказания до ратификации Россией протокола о ее отмене.

За это многое простится. Как минимум - Медведеву.

Академовским гениям.

2009-11-15T08:30:10Z

Я бы прожил без тебя,
Академовский Каин.
Прожил бы и так.
Без битвы с гитарой,
Руками
Повернутой наизнанку
Звука. Без струн, что печатают шаг
Когорты легионеров.
Без струн, заменивших вены -
Прожил бы я несомненно.

И без тебя, Алинка,
прожил бы, историю королевы
французской
только в учебнике узнавая,
Глядя лишь на картинки
Слева, а буквы справа
забывая тут же.
Послушай - Хайль! -
И глоток улыбки
забыт. Так лучше?
А в ладонях времени
Расползлись разговоров нитки -
Опустело темя.
Полотно лоскутков
Цветное, из коротких и зимних
Весёлых вольных
Начала века -
Пожелтело, как те открытки,
что лежат, забытые на антресолях
У мёртвого человека.

И без тебя бы, Блэк,
За весной весна
наступала бы неуклонно.
Для разговоров на кухне
Дома
И стена
Пригодна вполне.
Истина
привезённая нам с Алтая
как во сне струится с грифа гитарного
Что-то былинное нагнетая -
спасибо Володе -
Да такое сейчас не в моде -
составлять мелодии
из собственных рваных жил.
Но земля бы вертелась без этого,
И уж точно бы я прожил.

И прожил бы без плача над байковым
Одеялом неба. Эти слёзы Сайгак Юльки
над своею собственной песней,
Чем то личным, ласковым, тайным -
Утонули
в омуте памяти,
Потому что они - тяжелее
Памяти и воды.
Тяжелее даже руды.
(И особенно если вспомним,
Что руда - омоним).
Мы в том омуте все утонем.

Я прожил бы, как будто не был.
Так, как можно прожить без неба.

видео с именованными Людьми

http://vkontakte.ru/video-10093149_136617593

и

http://vkontakte.ru/video-10093149_136617917